Uva_ursi
У меня немного текстов (всего два, хих). Положу я их сюда, хотя не увидит никто.
Название: Рыбки плавают в пруду
Автор: Uva_ursi
Бета: fandom FMA 2013
Размер: мини, 1810 слов
Пейринг/Персонажи: Шу Такер, миссис Такер, Нина
Категория: джен
Жанр: драма, повседневность
Рейтинг: G
Краткое содержание: рассказ о том, как Шу Такер создал свою первую химеру
Примечание/Предупреждения: версия канона: ТВ-2
Для голосования: #. fandom FMA 2013 - работа "Рыбки плавают в пруду"

В небольшом аместрийском городке, где жили девять тысяч семьсот человек, междугороднего звонка, даже если он был заказан заранее и обходился втридорога, приходилось ждать полдня. Но миссис Такер не сидела сложа руки. Она успела помыть полы, убрать часть игрушек дочери, замочить белье. Она заштопала носки и подрубила купленное на распродаже платье. Она поставила на плиту бульон и уже резала овощи для супа, когда наконец-то телефон разразился оглушительным звоном. Женщина отложила нож, хотя картошка наверняка потемнеет без воды, и побежала в гостиную. На покосившемся и обшарпанном журнальном столике надрывался аппарат, который, судя по его виду, был подобран на ближайшей свалке.
– Алло!
– Дочка? – голос матери миссис Такер доносился с трудом сквозь шум помех. – Здравствуй, дорогая! Как вы там?
– Все в порядке, мама. Нина поправилась, я здорова, муж тоже.
– Как он? Все так же?
– Нет, что ты. Он даже пошел гулять с Ниной, пока я…
– То есть он играет с ребенком вместо того, чтобы искать работу? Позволь спросить, а на что вы живете?
– Мама, у нас все хорошо, Шу заплатили за то исследование, мы даже смогли купить Нине кое-что на вырост из одежды.
– Наверняка подержанное. А тебе, разумеется, всегда приходится ходить в обносках. Что у меня за зять! Скажи, он ничего странного не делает?
– Мама, все нормально, не беспокойся. Мой муж – алхимик, они все немного странные, но я его люблю такого.
– Немного? Ты это называешь немного? Он тащит в дом всякую дрянь, тратит деньги на книги, а не на семью, морит вас голодом и заставляет ходить в тряпье. Я уже не говорю о том, что он постоянно сидит без работы и только читает! Что ты в нем нашла? Я всегда говорила, что к добру это не приведет, и ты будешь с ним несчастна, а ведь могла сделать очень выгодную партию! У тебя были такие кавалеры, да хотя бы вспомнить…
– Мама! Я прошу тебя, не начинай опять. Я люблю своего мужа и очень счастлива, сколько раз мне это еще повторить? И прекрати говорить так о нем! Он вовсе не бездельничает, а занимается наукой. Что же поделаешь, если теоретические исследования так плохо оплачивают?
– Ох, дочка, дочка! Я же для твоего блага! Кстати, а к врачу вы так и не обращались?
Миссис Такер сжала в руке край передника. Она сидела на краешке кресла, лучшие дни которого, как и столика, миновали лет десять назад. Взгляд зацепился за игрушечного щенка Нины, валявшегося на полу.
– Видишь ли, – осторожно начала она, – у нас пока не хватает средств, чтобы позволить себе лучшего специалиста, но я ищу, правда. Вот недавно тут был доктор, Марио или Мауро, я забыла фамилию. Так он согласился посмотреть Шу, поговорить, но очень быстро уехал.
– Но он хоть что-то тебе сказал? Что с ним?
– Мама, так диагнозы не ставят, врачу надо сделать какие-то тесты. Но я уверена, это всего лишь депрессия. У него что-то не получилось, да и за нас с Ниной он несет ответственность, вот он и сорвался тогда.
– Ты его выгораживаешь, конечно. Сорвался! Пф! Просто сорвался, но из-за этого вы сбежали в другой город. Знаешь, но если что, ты всегда можешь вернуться домой, дорогая. С ребенком, разумеется, хотя пристроить тебя с довеском будет тяжеловато.
– Мама!
– Я правду говорю! Ты связалась с этим прожектером без средств, тащишь на себе дом и ребенка, живешь в нищете, а он еще и пытается втянуть тебя в свои опыты!
– Мама, прекрати! Еще немного, и сорвусь я!
– Все-все, умолкаю. Правду слушать никто не хочет, она глаза колет. Только вот дочь у меня ничего в жизни не понимает…
– До свиданья, мама! – миссис Такер с силой бросила трубку на рычаг, но тут же испуганно схватила ее снова и поднесла к уху. "Гудок есть," – выдохнула она с облегчением. Если бы телефон сломался, то на починку денег бы точно не нашлось, а Шу в любой момент может позвонить клиент.
«Кого я обманываю? думала она, возвращаясь в кухню, где на столе ждали картошка и лук. – Кто будет нам звонить? У кого здесь достаточно денег, чтобы заплатить за услуги алхимика, да еще такого, как мой Шу? Кому нужны экспериментальные животные, полученные алхимическим путем? Никому, то-то и оно. Разве что научной лаборатории. Вот бы Шу сдал государственный экзамен! Тогда бы он и почувствовал себя нужным, и в столицу бы переехали, и Нина пошла бы в хорошую школу, и мне не пришлось бы считать гроши на суп и молоко».

Тем временем высокий, худой и сутулый, с ранними залысинами и в очках мужчина, сидевший на скамейке в общественном парке, поднял голову от книги и обеспокоенно посмотрел по сторонам.
– Простите, – он обратился к женщине с коляской присевшей рядом, – вы не видели здесь маленькую девочку лет трех в желтом платье?
– В желтом? – дама приподнялась, не переставая качать коляску, и оглянулась по сторонам. – Вон там у пруда стоит маленькая девочка, но платье на ней синее.
– Ах, да. Я и забыл. Вечно я все путаю. Нина!
Женщина с коляской неодобрительно покосилась в его сторону. Кроха же в платьице василькового цвета, которое скоро будет ей слишком мало, услышав голос мужчины, вприпрыжку побежала к скамейке.
– Папочка! А я видела, знаешь кого?
Она с разбегу уткнулась ему в колени. Мужчина поморщился.
– Говорящую рыбку!
– Рыбки не говорят, – отец устало отстранил дочку, – и собаки тоже. И кошки.
– А эта говорила! И она мне сказку рассказала. Хочешь, я и тебе расскажу?
– Похоже, у меня нет выбора, – пробормотал мужчина.
– Одна рыбка очень любила бананы. Но ей никто не давал банан, все говорили: отстань, рыбка. Тогда она плыла, плыла и увидела пещеру, где лежал банан. Она туда заплыла, а пещера раз – и завалилась. Тогда другие рыбки стали думать, как ей помочь, и решили, что надо ей превратиться в человека и позвать людей на помощь, чтобы они отрыли пещеру, но пещера была маленькая, поэтому рыбка стала и рыбкой, и человеком. Только другие рыбки ее прогнали.
– Знаешь, Нина, – задумчиво сказал ее отец, – ты умная девочка и бываешь очень полезна. Только, пожалуйста, не превращайся потом в обычную женщину, у которой все разговоры про еду, одежду и уборку. Пойдем-ка домой, у меня появилась мысль.
– Пойдем! – девочка радостно уцепилась за его руку. – А то я кушать хочу.
– Пап, – сказала она немного спустя, когда они уже шли по раскаленной от солнца улице, – сказка про рыбку очень грустная. Она не смогла больше кушать рыбью еду, и подружки с ней говорить не хотели. Что с ней случилось, не знаешь?
Но мужчина не обратил внимания на ее слова.

Дома мистер Такер – а это был он – сразу прошел к себе в комнату, оставив Нину на пороге. Но она считала себя уже взрослой девочкой и привыкла к тому, что отец в любой момент может о ней забыть. Поэтому она села на пол и, пыхтя, начала расстегивать пряжки сандаликов.
– Доченька? – миссис Такер выглянула из кухни. – Вы уже вернулись? А где папа?
– В своей билитеке. – наконец-то пряжка поддалась. – Мам, я кушать хочу!
– Правильно говорить «в библиотеке». Ладно, пойдем мыть руки. Суп будешь?
Пока миссис Такер кормила дочку, мыла посуду, подбирала игрушки и укладывала Нину, мистер Такер занимался у себя и вышел к жене только после того, как ребенок угомонился и уснул.
– Дорогая, – он чмокнул жену в щеку, – наконец-то! Как долго ты возилась!
Миссис Такер смотрела на мужа, пока он ел. «Почему же ты мне не поможешь, Шу? – думала она. – Неужели мать права, и я сделала неправильный выбор? Или просто я плохая жена? Как я превратилась в служанку, дело которой – уборка и готовка? Почему мы перестали разговаривать? Раньше ты рассказывал мне, что делаешь, пусть я и не понимала, но могла послушать, так ведь? Но что же, что я делаю не так? А Нина? Почему ты теперь почти не обращаешь на нее внимания? Как любимая дочка стала помехой?»
На секунду она представила себе, что вернулась к родителям, оставив мужа и забрав с собой дочь. От отчаяния она даже зажмурилась. «Нет, нет, только не это. Сейчас я хотя бы сама себе хозяйка, а не несмышленый ребенок, порченый товар или нахлебница! Раз уж я пошла по этому пути, надо идти до конца. Но почему так больно? Ведь у нас было что-то настоящее, правда. Неужели только было? И ничего нельзя вернуть?»
– Любовь моя, я бы хотел с тобой поговорить, – мистер Такер отставил тарелку в сторону.
– Шу? Я тоже думаю, что нам надо кое-что обсудить, понимаешь…
– Про деньги, аренду дома, ребенка и прочую ерунду мы не будем, – перебил ее муж. – Я хочу, чтобы ты помогла мне с одним опытом. Если все пойдет удачно, я представлю эти результаты на государственном экзамене.
– Правда? Но чем я могу тебе помочь? Я же ведь не знаю, что и как делать.
– Ты просто постоишь на месте и подержишь кошку на руках. Ничего сложного.
– Шу, не говори со мной так!
– А как мне говорить? У тебя все разговоры сводятся к тому, что приготовить на обед и где взять денег. Я, между прочим, работаю, а не сижу дома просто так. Наконец-то у меня появилась идея, как вытянуть нас из этой дыры, а ты не хочешь даже отвлечься от своих глупых дел, чтобы мне помочь. Один раз я тебя попросил и вот, пожалуйста! А ведь это наш шанс, настоящий.
– Я тебе помогу, я очень хочу, только не надо так, прошу! Пойми, я просто боюсь, что получится, как в прошлый раз: опять будет скандал, и нам придется переехать.
– На этот раз скандала не будет. Никто ничего не узнает, но ты должна мне помочь. Ради Нины и ее будущего.
– Нины?
– Если у нас все получится, мы переедем в Централ-сити. У нас будет огромный дом, много денег, Нина пойдет в лучшую школу, обещаю. И щенка я ей куплю. Это все ради нас, понимаешь?
Миссис Такер кивнула. В горле стоял комок. Слов не осталось, да и толку от них никакого не было. Наверное, она и вправду слишком сосредоточилась на своих проблемах, тогда как Шу старается изо всех сил. Главное теперь – не расплакаться, иначе будет только хуже. Она очень хотела всё исправить, но не знала, как.
– Ну вот и хорошо.
Муж обнял ее, и они поцеловались. На секунду миссис Такер показалось, что всё вернулось на свои места, и мистер Такер стал прежним милым и веселым Шу.
– Как жаль, что нельзя обойти принцип равноценного обмена, – пробормотал он ей в затылок, – всегда надо что-то отдавать. Но будущее дорого стоит, не так ли?

***

В глазах мутилось, все вещи, сваленные в подвале дома, плясали, приобретая причудливые формы. Как она здесь оказалась?
Она вспомнила, как стояла в круге из переплетающихся причудливых линий, вспыхивающих синим и красным светом, а кошка вырывалась у нее из рук и жалобно кричала. Она пыталась успокоить бедное животное, но сама боялась до немоты. Кто она такая? Попыталась повернуть голову и обнаружила, что ошейник крепко держит шею. Лапы затекли от неподвижности, а когда пытаешься втянуть когти, всю конечность пронзает боль.
Наконец-то все перестало кружиться, и она увидела человека, мужчину, сидевшего неподалеку за столом. Знакомые очки, залысины, сутулость. Шу! Как она могла забыть! Хотела позвать мужа, но смогла только застонать, так болело горло. Пить!
Услышав стон, мужчина поднял голову от тетрадки, в которой что-то писал, встал и подошел к ней. Погладил ее по голове.
– Ты мой лучший экспериментальный образец химеры, дорогая. Теперь я точно сдам государственный экзамен, слышишь? Я выполню обещание, у Нины будет всё самое лучшее, правда. Скажешь что-нибудь? Чего ты хочешь?
– Я хочу умереть, – сказала Химера.

@темы: FMA, ФБ-2013, пишите, Шура, пишите